Nino Chakvetadze

gruzīnu māksliniece

Intervija ar Nino Čakvetadze krievu valodā

"Картины этой грузинской художницы не просто возвращают в детство. Они стучат молотком по вашей взрослой голове со словами: ты маленький, ты нуждаешься в тепле, тебе нужен маленький кусочек большой любви.

Нино Чакветадзе создает не полотна, а стопроцентные воплощения ласки. Ее картины – это олицетворение всепоглощающей нежности и того маленького "я" — моего, вашего и других — которое сидит внутри нас, принимает взрослые решения, переносит стрессы, порой безмолвно плачет. И безудержно мечтает вернуться в прошлое, в самые первые переживания, в детство, туда, где все только начиналось…

В тбилисской галерее Нино Чакветадзе невероятно уютно, как на странице вашей любимой зачитанной детской книжки. 

Кругом шкафчики, сундучки, аксессуары из ее картин. А на стенах картины, которые умиляют, не могут не тронуть или оставить кого-то равнодушным.

© SPUTNIK/Картины Нино Чакветадзе

- Нино, вы рисуете в основном детство. Вас совсем не интересует взрослая, реальная жизнь?..

— Думаю, что я просто осталась далеко в детстве. В принципе, мне там так хорошо, удобно… Многие, конечно, замечают, что в моих картинах или дети, или старые люди. К примеру, один мой друг сказал недавно: "Я догадался в чем дело! Ты рисуешь картины для взрослых: на полотнах дети и старики, а взрослые на все это смотрят извне". И мне очень понравился такая трактовка.

- То есть детские картины для взрослых…

— Да. Но они, разумеется, нравятся и детям. Кто-то даже говорит, что это детское искусство. Но я не считаю это выражение верным.

- Ваши картины очень трогают людей. Кстати, именно словом "трогательные картины" чаще всего и называют ваши работы. Когда вы создаете их, вы преследуете цель – тронуть сердца людей?

— Сказать, чтобы я специально думала, чтобы найти искусство, которое будет трогать всех за душу, не могу. Это получается у меня естественно. Я делаю то, что мне нравится! А рисовать детей и детство — мне почему-то всегда очень нравилось. Даже в моей дипломной работе в Академии художеств я рисовала детей. Помню, нарисовала пять детских портретов. А потом оказалось, что мое творчество трогает многих людей. Как вышло, детство — это дефицит для многих.

- Вы часто рисуете ангелов. Вы верите в них?

— Я верю в добро. И считаю, что ангелы – это доброта. Иногда, если хорошо присмотреться к моим картинам, то вы можете увидеть, что ангелы – это на самом деле просто дети с прикрепленным к их спинам крыльями. Так я и считаю: ангелы – это дети.

Когда смотришь на картины Нино Чакветадзе, то иногда не сразу понимаешь, где заканчивается грусть и начинается радость. Не знаешь, смеяться или плакать, говорить или молчать. Но ровным счетом всегда ты осознаешь, что тебе это близко, что в ее полотнах – есть частичка каждого из нас, нашей души или мечты. И даже не всегда важно: было ли это на самом деле, или все это вам когда-то приснилось. Может, все это долгий и сладкий сон, который приснился вам когда-то давно, в далеком и беззаботном детстве.

- Нино, а у вас было хорошее детство?

— Да, очень хорошее! Мама, папа, дедушки, бабушки… В принципе, можно сказать, безоблачное детство. Но я не думаю, что у детей даже в хорошем детстве не бывает сильных переживаний. Потому что я помню — в моем детстве многое меня беспокоило, многое волновало. Так что, если вы видите печаль в моих картинах – это не значит, что я пережила что-то тяжелое в жизни. Или наоборот. 

Картины Нино – как исцеление 

Однажды к грузинской художнице обратились московские психологи с просьбой использовать картины Нино в изготовлении метафорических карт, которые практикуются в работе с пациентами. Это карты с изображениями эмоций и ситуаций, которые способны вызвать в людях определенные ассоциации и чувства, возвращаясь к которым можно многое что понять и даже решить. 

Грузинский живописец с радостью согласилась и даже нарисовала для психологов недостающие элементы для карт. Например, "Ревность" — именно эту карту я нашла в колоде из 60-ти карт. Грустная девочка играет с куклой, а на заднем плане кормит младенца ее мать. Ассоциация не заставила себя ждать, "сундук прошлого" пробурчал и выдал проблему. Такие карты Нино Чакветадзе под названием "Метафора детских переживаний" продаются во многих психологических отделах книжных магазинов России.

- Что вы никогда бы не нарисовали или рисовать не любите?

— Я не люблю рисовать какие-то технические вещи. Но я детский иллюстратор, и мне иногда приходится рисовать, на пример, машину. Но это – не мое! 

- Кто ваш кумир в живописи?

— Вы знаете, времена меняются, и с ними меняются мои симпатии к художникам. Но постоянный и любимый мой художник – это грузинский живописец Ираклий Парджиани. 

- Между прочим, у вас просматривается некая связь с его творчеством. Он тоже рисовал ангелов.

— Да. Было время, когда я себя искала, то даже немного ему подражала. Это бывает у художников. Но потом я нашла свою нишу. И это, скажу, счастье для художника – найти себя.

- Наверное! Но в ваших картинах есть что-то и от Ладо Тевдорадзе. Просто он рисует взрослую жизнь… 

— Да, Ладо Тевдорадзе, между прочим, один год преподавал мне в училище. У него прекрасные картины, немного с юмором. 

- Творчество каких современных художников вам близко? 

— Мне нравится работы одной моей подруги – очень интересной художницы Бубы Арабули. Давид Попиашвили — тоже мне нравится. Из взрослого поколения — Тенгиз Марр: он рисует очень своеобразные натюрморты гуашью. 

- Вы не устаете рисовать?

— Знаете, физически, может, и устаю. Но эта усталость какая-то приятная…


Зачем говорить, когда говорят картины?

Нино Чакветадзе иллюстрирует много детских художественных книг. Сейчас художница работает над оформлением грузинского перевода книги "Папа, мама, восемь детей и грузовик" детской норвежской писательницы Анне-Катарина Вестли, которую часто называют норвежской Астрид Линдрен.

Кроме Грузии, картины Нино Чакветадзе находятся в частных коллекциях США, Германии, Франции, Украины и России.

Вам не трудно расставаться со своими картинами? 

— Очень тяжело расставаться, конечно. И не со всеми картинами я расстаюсь. Когда чувствую, что что-то очень мое, что-то очень нравится, я не продаю. Но это моя работа, этим надо жить, и по-другому не получается, к сожалению… 

- В интернете про вас очень мало информации. Есть много картин, но пишут о вас мало. Это ваша природная скромность или просто нежелание публичности?

— Самой заниматься тем, чтобы обо мне было больше информации в сети — это мне не интересно.

- И кроме Грузии вы еще нигде не выставлялись. Хотя о вашем творчестве знают далеко за пределами родины.

— Да, моих выставок не было нигде. К этому тоже я как-то не очень стремлюсь. 

- Знаю, вы планировали выставку в Украине…

— Да, хотела, но не получилось, из-за моей вечной занятости. Но посмотрим, если разные интересные предложения! И ведь надо же когда-нибудь выставиться за границей. 

Пока я разговариваю с художницей, в ее галерее прямо из-под носа покупают ее картины. Средняя цена полотен Нино Чакветадзе – 600-800 долларов. По ее словам, продаются холсты молниеносно. Она только успевает рисовать новые, как их уносят. 

— У меня всегда дефицит картин, — говорит Нино, скромно улыбаясь.

- Но как вы успеваете рисовать работы в таком большом количестве, с таким глубоким содержанием, и при этом оставаться успешной хозяйкой семейного очага?

— Тяжело немного. Мне бы хотелось рисовать больше, потому что без этого мне самой очень трудно. 

Нино тихо перекидывается несколькими словами с красавицей-дочкой, которая помогает ей в галерее. 

— Между прочим, у меня были паузы большие в живописи, — продолжает художница. — Когда у меня были маленькие дети, две девочки. И я в основном посвятила свое время и всю себя им. А сейчас они подросли, и я уже могу спокойно заниматься творчеством. Тем более я рисую дома, у меня нет отдельной мастерской, чтобы уйти, закрыть двери и рисовать. И для меня как для матери это очень удобно. Рядом дети: и ими занимаешься, и параллельно работаешь. Так что я хорошо устроилась!

- Правда, что вы хотите создать книгу без слов?

— Да, это есть у меня в планах. И я обязательно это сделаю, потому что очень хорошо вижу все это в образах. 

- Вы говорили, что это будет живописное путешествие маленькой девочки. Вы вложите в нее автобиографические черты?

— Не думаю! (улыбается) Но, возможно, там будут какие-то моменты – воспоминания из моего детства.


частье Нино 

Дети, животные, природа, праздничная и не очень Грузия… Кажется, художницей выдано уже столько прожитых моментов, столько прочувствованных переживаний, столько вырванных из сердца страниц жизни.

- Откуда вы черпаете вдохновение? Если вы почти все время проводите дома и работаете в том числе. Вы путешествуете?

— Я не очень много путешествую. Но всегда наблюдаю, особенно за детьми. Летом отдыхаем на даче, там ситуации какие-то… Наверное, все это вместе собирается. Но главное вдохновение – это, конечно, ностальгия, воспоминания из детства. Но есть и другие какие-то мотивы. Я очень много думаю…

- Кто ваш главный критик?

— Мой супруг. 

- Он разбирается в искусстве?

— Разбирается. Он не художник, он совсем другой специальности. Но у него есть очень тонкое чувство вкуса. Он романтик и хорошо все понимает. А его замечания всегда оказываются очень правильными. И я всегда к нему прислушиваюсь. 

- В чем для вас счастье как для женщины?

— Семья. Обязательно. "

Sputnik Грузия http://sputnik-georgia.ru/interview/20160119/229830690.html#ixzz4BG1peorD

Veidots ar Mozello - labo mājas lapu ģeneratoru.

 .